Горячий вал

Если вы неравнодушны к запаху бензина и любите частенько выкручивать мотор до звона на предельных скоростях, вам стоит посмотреть фильм «Двойка пик». Снятая в 2010 году командой непрофессиональных энтузиастов за пару тысяч долларов, вдали от студий Голливуда, картина должна была затеряться в корзине с пометкой «трэш», но… неожиданно стала хитом и молнией разлетелась по ютьюбам и торрентам. А почему? Искренность!

Энергия непобедимой любви и веры во второй шанс стократ превзошла мелкие огрехи операторской работы. Гляньте, гляньте, не пожалеете. Только до конца, где в жаркий розовый рассвет калифорнийской пустыни уходит с ревом знаменитый Ford Deuce — навстречу надежде и вопреки десятилетиям забытья…

А ведь начиналось все гораздо севернее — в Детройте, с уважением (а порой и проклятием) прозванным Городом моторов. Отпрыск Генри Форда, его сын Эдсел, далеко не всегда ладил со знаменитым папашей. Форд-старший ратовал за умеренность и дешевизну моделей, а Эдсела привлекали спорт и красота в автомобилях.

Именно Эдсел настоял на покупке Lincoln Motor с ее лимузинами, а позже создал машину, патриотами Детройта называемую первым в мире хот-родом. В 1932 году Эдсел Форд с дизайнером (их тогда называли шеф-стилисты) Е. Т. (Бобом) Грегори изваяли из металла, кожи и резины Edsel Ford 1934 Model 40 Special Speedster: плоскоголовый V-8 объемом 3.6 литра, форсированный до 75 л.с. (изначально 60), 3‑ступенчатая МКПП, алюминиевый кузов и дизайн, цепляющий взгляд и поныне.

Гоночный Model 40 Speedster был построен в единственном экземпляре, сменил позже десятки хозяев, а в 2011 году был капитально реставрирован RM Restorations до сияющего блеска. Предок пережил многих, многих своих неразумных потомков с разорванными блоками и покореженными кузовами, съеденных ржавчиной в калифорнийских сараях. А потомков было немало. Желающих распилить кузов, укоротить пружины и навесить компрессор на двигатель в Америке всегда было хоть отбавляй.

Так что это такое — хотроддинг?

Полной уверенности в происхождении термина хот-род (англ. hot-rod) нет: по одной версии, слово получилось разговорным искажением сочетания hot roadster — «горячий родстер» (действительно, изначально хот-роды были открытыми машинами), по другой — это буквальная калька от hot rod, что переводится как «горячий вал» (стержень, штифт). И тут все понятно: распредвалы автомобилей дорабатывались, чтобы выжать из мотора максимум мощности.

Хотроддинг поднял голову в 30‑х, когда автомобили в США стали по‑настоящему массовыми и доступными. Рукастая молодежь быстро поняла, что машина — не только средство передвижения, но и отличный способ повеселиться, выпендриться перед девчонками и завоевать уважение сверстников.

И вот отчаянные энтузиасты брали напильники, ключи, домкраты — и препарировали серийные «Форды». Во времена, когда бензин стоил сущие копейки, а требования к безопасности и экологичности автомобилей практически отсутствовали, гаражный тюнинг расцвел пышным цветом.

Прежде всего для облегчения с автомобиля снималось все лишнее: крылья, капоты, бамперы, часть навесного оборудования. Далее, откручивались все выступающие части — молдинги, эмблемы, дверные ручки, накладки из хрома. Образующиеся дыры шпатлевали и закрашивали. Процедуру метко окрестили «shaving» («бритье»).

Поскольку мощность двигателя в результате тюнинга вырастала едва ли не в разы, обычно меняли задние скаты на большую размерность. Это и пробуксовку уменьшало, и выглядело брутально. Вопросы же управляемости в хот-родах второстепенны: главное — скорость на прямой.

В целях улучшения аэродинамики машине обрезали стойки кузова, занижая крышу — это называлось «chopped tops». В результате автомобиль приобретал довольно‑таки специ­фичный и зловещий вид. Этакий сплющенный болид с окнами-бойницами.

Однако кому‑то и этого было мало: находились беспредельщики, вырезавшие среднюю часть кузова по кругу. Оставшиеся верх и низ сваривались вновь, еще более занижая контуры кузова. Такая сложная техника именовалась «sectioning» (а если при этом пилилось еще и днище, то речь шла уже о методе «channeling and body drops»).

Единственным элементом, который не удавалось сбрить с кузова без потери жизненно важной функциональности, были фары (не забываем — в 30‑х вся внешняя оптика крепилась на крылья кронштейнами). Но выход был — их можно было утопить заподлицо. Такой стиль не без издевки называли «frenching» — вероятно, здесь намек на гладкие формы французских автомобилей тех лет.

На границе 30—40‑х распашные двери стали выходить из автомобильной моды — требования безопасности. И тогда среди тру-хотроддеров стало считаться крутым даже обычные двери переделывать в распашные: эту манеру точно прозвали «suicide doors» («двери для самоубийц»).

И правда, попытка приоткрыть пассажирскую дверь против ветра на огромной скорости могла окончиться плачевно. Но, кажется, такие мелочи были последним, что могло остановить отчаянных калифорнийских парней.

На новый технический уровень хотроддерство вышло после Второй мировой. С фронтов вернулись отставные уже мотористы и механики, изрядно поднаторевшие в полукустарном траблшутинге («trouble shoot» — дословно: «пристрелить проблему»). У парней было немало победного энтузиазма и умелые руки.

К тому же после жесткой довоенной экономии в США был дан зеленый свет жизни на широкую ногу, что коснулось и автомобилей не в последнюю очередь. Детройтская «Большая тройка» оперативно сменила модельные ряды, и на вторичном рынке сразу оказалась масса подержанных, но еще бодрых кузовов, моторов и шасси по бросовым ценам. Мечта любого гаражного умельца!

В сараях Невады, Юты и Калифорнии стучали молотки, искрилась сварка, визжали болгарки и сверла. Цилиндры растачивались под больший объем, ставились механические нагнетатели, кованые шатуны и поршни, а также расширенные «по фазе» кулачки распределительного вала.

Помимо этого, хот-род оснащался новым глушителем с пониженным сопротивлением газам и увеличенным сечением. В качестве базового агрегата были популярны мотор Ford V8 (так называемый плоскоголовый — flathead, объемом от 3,6 до 6,6 литра) и small block Chevrolet V8 — доступные, с хорошим соотношением размер/мощность. Подвеску либо серьезно занижали простым обрезанием пружин и амортизаторов, либо вообще проектировали с нуля под кузов довоенной классики.

Руки у мастеров были развязаны — никто не штрафовал их за чрезмерную шумность агрегата или дымность выхлопа. Поэтому ребята отрывались по‑полной, сваривая из металлолома настоящих монстров.

С ростом технического уровня и мощности моторов ночных заездов от светофора до светофора нелегальным гонщикам уже перестало хватать. Тем более что после вой­ны освободилось немало мелких аэродромов, боевые самолеты с которых перевели на закрытые базы.

Хот-роды с ревом пожирали взлетно-посадочные полосы, при этом стандартная дистанция осталась именно светофорная: четверть мили, или 402 метра (квоттер). Вот откуда растут ноги современных уличного и профессионального дрэг-рейсинга.

Постепенно хотроддинг получил статус элемента национальной культуры. Этому способствовали многочисленные печатные издания, освещавшие жизнь гонщиков — Hot Rod, Motor Trend, Hop Up, Rod & Custom и другие. Журналисты не только воспевали перипетии гонок, но и раскрывали технические детали тюнинга. Потом подключилось и телевидение. Одним из таких популяризаторов движения стал Уолли Паркс, знакомый с хот-родами не понаслышке.

В 1949 году Уолли Паркс, бывший военный водитель-испытатель General Motors, обкатывавший для компании танки, принял участие в гонках Speed Week на соляном озере Бонневилль (штат Юта). Тогда впервые пилоты соревновались не между собой, а против времени, т. е. за лучшие цифры секундомера.

Вскоре Паркс становится главным редактором журнала Hot Rod и пытается подвести разрозненные «соляные» соревнования под общие правила. Результатом его усилий стало основание в 1951 году Национальной Хот-Род Ассоциации (National Hot Rod Association, NHRA), существующей и процветающей до сих пор. Пожалуй, впервые в правилах гонок стали всерьез обращать внимание на вопросы безопасности.

Овеяны славой и легендами лучшие дни хот-родов, но и над ними нависла угроза — и вовсе не в лице калифорнийских копов. В начале 60‑х годов произошло событие, едва ли не погубившее хотроддинг как движение и навсегда выбившее его из мейнстрима. А именно, в недрах Pontiac (отделение General Motors), в головах инженеров Рассела Джи (Russell Gee) и Джона Де Лориана (John De Lorean, тот самый, да) родилась идея создать серийный автомобиль, который бы сделал гаражный тюнинг относительно бессмысленным.

Революционную модель Pontiac GTO снабдили двигателем 6,4 литра мощностью 330 л.с. (580 Н·м крутящего момента). При снаряженной массе около 1,5 тонны машина разгонялась до 80 км/ч за 5,4 секунды. Это не был абсолютный рекорд, конечно, но речь шла о серийной, комфортабельной и продуманной машине с 4‑скоростной АКПП и броским мускулистым дизайном. Вот оно, ключевое слово — Pontiac GTO стал первым в истории маслкаром (опередив Mustang и Camaro, кстати).

При вполне разумной цене покупка GTO сводила на нет самодеятельные усилия большинства хотроддеров. Хот-роды пришли из Детройта, и он же их чуть было не похоронил.

Ныне хотроддинг почивает на лаврах легендарного увлечения. В США и за пределами Штатов есть немало фирм, выпускающих готовые киты (комплекты) для постройки хот-родов. Цена за комплект, например, популярной модели «Форд» T-Bucket, будет составлять в среднем 10—12 тысяч долларов, более сложные модели обойдутся дороже.

Самой кошерной классикой хотроддинга считается Ford Model B 1932 года выпуска (называемый также Deuce), Chevrolet Bel Air 1957 года и Chevrolet Camaro 1963—1967 годов. Единственный современный серийный хот-род — Plymouth (Chrysler) Prowler.

Помимо хот-родов, специалисты выделяют также направления стритроддинга (строгое ограничение — машина должна быть выпущена до 1948 года) и рэтроддинга (искусственное состаривание автомобиля, идеология rat look). Если сравнивать стрит-роды и хот-роды, то первые выглядят чуть более цивилизованно, хотя и не менее стильно.

Здесь в почете стильные эмблемы на кузове, пламенная аэрография, обилие хрома в сочетании с вызывающе надменными бамперами, громадные выхлопные трубы и непропорционально крупные фары. Пожалуй, если вы не слишком преуспели в гонках, то не отчаивайтесь — всегда есть шанс отыграться в соревновании: «чей хот-род красивее»…

Что же касается рэт-родов, то они полные антагонисты стильных и тщательно отделанных стрит-машин. Прочь блестящий лак и килограммы хрома — да здравствуют проплешины ржавчины, оголенные детали двигателя, некрашеная рама, для оголтелых фанатов — приваренная там-сям колючая проволока или металлические штыри, черепа и кастеты в салоне.

На вид — полная развалюха из адской мастерской, но редкий «Мустанг» догонит! Чем громче грохочет неприкрытый мотор, тем лучше, а передние колеса порой заменяют на скаты от артиллерийских орудий. Такие тонкости, друзья!

Центральное мероприятие хотроддеров — Street Rod Nationals — проходит ежегодно в Луисвилле, штат Кентукки. Туда слетаются фанаты со всего мира — например, хотроддинг необычайно популярен в… Швеции. Шведы создают реплики кузовов Ford Т и А из стеклопластика, используя в шасси и трансмиссии детали от Volvo 240 или старых моделей Jaguar. Ну, шведы… они такие шведы…

Что ж, сейчас по‑настоящему злые и отлично собранные горячие машины доводят в профессиональных ателье при крупных фирмах, таких как AMG, Alpina, Mugen, STI или HAMANN. Однако традиция гаражного хотроддинга и не думает умирать: в любой стране найдется десяток-другой (а кое‑где и тысяча-другая) упертых энтузиастов, все свободное время проводящих по локоть в мазуте и компрессометром в руках.

Кстати, есть хотроддеры и у нас. Правда, здесь колорит вполне национальный: вместо Ford B и Camaro горячие русские парни чаще с энтузиазмом пилят старые ЗИС-М, «Волги» ГАЗ-21, «Москвичи» и даже грузовики ГАЗ-51. «Победа» с 8‑цилиндровым двигателем 5 л от Mercedes 124, форсированным до 333 л.с., и доработанной подвеской — совсем, совсем неплохо!

Горячие валы «Форда» сохраняют свою температуру. Несмотря на прямой впрыск, гибриды и многочисленные автомобильные гаджеты с приставкой «ай», булькающий «аналоговый» звук старого доброго плоскоголового V8 еще долго будет тревожить сердца неравнодушных. Потому что это не ширпотреб и не стандарты гольф-класса. Это нечто искреннее. Как и любая мечта.

Смотрите также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *